"Жесткое" интервью Путина: авторитаризм, Навальный, голые фото


фото Reuters

Накануне своего визита в Австрию президент Владимир Путин дал интервью каналу ORF, которое выложено на сайте Кремля Kremlin.ru. В ходе беседы были подняты темы  экономического роста, оппозиции в политике и действий России на международной арене. Приводим самые яркие вопросы и ответы.


А.Вольф: Вы возглавляли долгое время эту партию, сейчас её возглавляет Медведев. Многие наблюдатели полагают, что российское руководство через партию «Единая Россия» хотело бы поддерживать связи с националистическими партиями, поскольку они хотят разделить Европейский союз. Откуда берутся эти тесные связи между российским руководством и критически настроенными к Европейскому союзу партиями?

В.Путин: Вам лучше спросить об этом, конечно, Председателя Правительства России господина Медведева, он является лидером партии. Но я могу с большой долей уверенности предположить следующее. У нас нет никаких целей что‑либо и кого‑либо разделять в Евросоюзе. Мы, наоборот, заинтересованы в том, чтобы Евросоюз был единым и процветающим, потому что Евросоюз – наш крупнейший торгово-экономический партнёр. 

А если мы и на политическом уровне с кем‑то работаем или с кем‑то работаем интенсивнее, чем с другими, то исходим только из простых прагматических соображений. 

Мы стараемся сотрудничать с теми, кто сам публично заявляет о готовности и желании сотрудничать с нами.

А.Вольф: Несмотря на это, западные правительства, Европа, и прежде всего США, обвиняют Россию в том, что она вмешивается во внутреннюю политику других государств силами хакеров. Во всех интервью Вы говорите, что это не так, однако нет сомнений в том, что в Санкт-Петербурге на протяжении многих лет есть так называемая Internet Research Agency, которая пытается в Фейсбуке повлиять на публичные дебаты. Эти так называемые фабрики троллей принадлежат Евгению Пригожину, которого Вы очень хорошо знаете, его называют поваром Путина, поскольку он обслуживает всех Ваших гостей. Неужели хорошо, что тот, кто поддерживает такие тесные отношения с российским руководством, занимается фабриками троллей?

В.Путин: Вы сказали «Россия», а потом начали говорить о хакерах, так? Когда Вы сказали «Россия», Вы имели в виду Российское государство либо отдельных российских граждан, хакеров, каких‑то юридических лиц?

А.Вольф: Я имел в виду господина Пригожина.

В.Путин: Я сейчас про Пригожина скажу.

Я прошу Вас делать разницу между Правительством Российской Федерации, Российским государством, российскими гражданами или какими‑то юридическими лицами, может быть.

Вы сейчас сказали о том, что господина Пригожина называют поваром Путина. Он действительно занимается ресторанным бизнесом, это его экономическая база, он ресторатор в Петербурге.

Но теперь я хочу у Вас спросить: Вы действительно думаете, что человек, который занимается ресторанным бизнесом, имея даже какие‑то хакерские возможности, имея какую‑то частную фирму в этой сфере – я даже не знаю, чем он занимается, – с этих позиций может повлиять на выборы в Соединённых Штатах или в какой‑то европейской стране? Как же низко пало всё, что происходит в информационной и политической сфере в странах объединённого Запада, если ресторатор из России может повлиять на выборы в какой‑то из европейских стран либо в Соединённых Штатах! Это не смешно?

А.Вольф: Господин Президент, наверное, это хорошо или плохо, но это неправда. Господин Пригожин занимается не только ресторанами, у него много фирм, которые заключили договоры с Министерством обороны и получают много госзаказов, миллионы долларов он тратит на фабрику троллей, чтобы они производили эти посты. Зачем это нужно ресторатору?

В.Путин: Спросите у него. Российское государство не имеет к этому никакого отношения.

А.Вольф: Одной из самых сложных тем в контексте с Россией является Украина. В 2014 году был сбит рейс MH17 на Украине, 290 человек погибли. Международная следственная комиссия заявила несколько дней назад, что этот самолёт был сбит ракетной системой российской армии, что это был конвой из России, который прибыл к украинским повстанцам на востоке Украины. Есть видео, есть телефонные разговоры и десятки свидетелей. Вы уже год говорите, что это не соответствует правде, но практически никто не верит этим словам.

Разве Вы тем самым не ставите на кон достоверность российских заявлений? Может быть, стоит после многих лет действительно признать, что повстанцы на востоке Украины использовали российское вооружение, для того чтобы совершить это ужасное преступление?

В.Путин: Хочу отметить, что обе конфликтующие стороны: и украинская армия, и даже украинские националистические батальоны, которые никому не подчиняются, кроме своих лидеров, и донбасская милиция, вооружённые формирования Донбасса – они все используют оружие советского и российского производства. Все. И у одной, и у второй стороны стоят на вооружении в том числе всякие различные комплексы: и стрелковое оружие, и авиация, и комплексы борьбы с авиацией. Всё это российского производства.

А.Вольф: Но сейчас уже знают, какая именно ракета – ракета комплекса «Бук». Это была бригада российской армии в Курске. Это уже доподлинно известно, тем не менее Вы это отрицаете. Но разве не стоит признать, что эта ракета действительно российского происхождения? Не стоит ли официально признать, что Россия поддерживала вооружением повстанцев на востоке Украины?

В.Путин: Если Вы наберётесь терпения и дослушаете меня, то Вы узнаете мою точку зрения по этому вопросу, хорошо?

Так вот я уже сказал, что с обеих сторон используется оружие российского производства, и на вооружении российской армии стоят точно такие же системы, о которых говорят эксперты, точно такие же, произведённые наверняка в бывшем Советском Союзе либо в России. Это во‑первых.

Во-вторых, российских экспертов не допускают к расследованию, наши аргументы в расчёт не принимаются, нас никто в этой комиссии слушать не хочет. Мы до сих пор не можем получить ответа на некоторые вопросы, связанные с деятельностью боевой авиации Украины в этом регионе, в этом месте и в это время. Трагедия, о которой мы говорим, ужасная, и бесконечно жаль людей, которые погибли, и семьи погибших, но это расследование должно быть объективным и всесторонним.

Сейчас, секундочку, не торопитесь. Дайте мне сказать, иначе у нас будет не интервью, а монолог только с одной стороны – Вашей.

А.Вольф: В 2012 году во время предвыборной борьбы Вы обещали, что до 2020 года Вы значительно улучшите уровень жизни в России. Тем не менее в последующие годы экономический рост остаётся довольно слабым.

 Вы действительно ищете внешнеполитические вызовы, чтобы оправдать тем самым внутренние проблемы?

В.Путин: Да, действительно уровень заработных плат чуть‑чуть просел, чуть‑чуть просели доходы населения, но если посмотреть на начало нашего пути, то к сегодняшнему моменту с 2000 года у нас в два раза сократилось количество людей, проживающих за чертой бедности. В два раза. С 2012 по 2016–2017 годы эта цифра немножко изменилась в неблагоприятную для нас сторону, но в настоящее время всё опять выравнивается.

У нас инфляция была 12,5 процента, почти 13 процентов, сейчас минимальная за всю новейшую истории России инфляция – 2,5 процента. Растут золотовалютные резервы, у нас обозначился после падения действительно вот этого, о котором я уже сказал, устойчивый рост экономики. 

Да, он пока скромный – 1,5 процента, но инвестиции в основной капитал – 4,4 процента, что говорит о том, что дальнейший рост гарантирован. В два раза почти увеличились иностранные прямые инвестиции, растут, как я уже сказал, и золотовалютные запасы Центрального банка, и резервы Правительства. У нас созданы очень хорошие условия для следующих шагов по развитию экономики, и мы обязательно это сделаем.

А.Вольф: Вы уже в течение 18 лет Президент или Премьер-министр. Некоторые говорят, что Вы превратили страну, которая была на пути к демократии, в авторитарную систему, что Вы якобы здесь царь. Верно ли это?

В.Путин: Нет, неверно. Это, конечно, неверно и не соответствует абсолютно никакой действительности, потому что у нас демократическое государство, и мы все живём в рамках действующей Конституции. В нашей Конституции прописано – по‑моему, так же как в Конституции Австрии: два срока подряд, не больше, Президент может избираться. Поэтому после двух легитимных сроков моего президентства я оставил этот пост, не стал менять Конституцию и перешёл на другую позицию, работал Председателем Правительства Российской Федерации. После этого, как известно, в 2012 году вернулся, прошёл через выборы, выборы выиграл. У нас сегодня один срок Президента, по‑моему, так же как у вас, – шесть лет.

На последние выборы пришло почти 70 процентов избирателей. Это почти половина всех граждан Российской Федерации.

Я уже не говорю про различного рода другие выборы: муниципальные, региональные. Они у нас сотнями проходят по стране с неизменным успехом для тех политических сил, которые завоёвывают доверие граждан.

А.Вольф: Тем не менее получилось так, что самый известный оппозиционер в России не смог выдвинуть своей кандидатуры, это блогер Алексей Навальный. Вы ещё ни разу не называли открыто его имя, Алексея Навального. Почему?

В.Путин: У нас ведь много бунтарей, так же как и у вас, так же как и в Соединённых Штатах.

Я уже в разговоре с Вашей коллегой упоминал: было такое движение в США – Occupy Wall Street. Где они теперь? Их нет.

У вас разве мало – и в Европе в целом, и в Австрии – людей, которые выступают с каких‑то крайних позиций, проповедуют какие‑то крайние точки зрения, пытаются манипулировать сложностями и проблемами в обществе? В частности, вопросами, связанными с коррупцией.

На Украине, например, о которой мы с Вами говорили, один из лозунгов оппозиции при приходе к власти был борьба с коррупцией. Что там сейчас происходит с коррупцией? Что в Европе говорят про коррупцию на Украине? Все ругают руководство Украины за то, что они мало делают в этой сфере. Почему Вы считаете, что мы…

Секундочку…

А.Вольф: Почему Вы не называли его имя публично?

В.Путин: Вы мне не даёте фразу закончить, ведёте себя так нетерпеливо.

Мы не хотим, чтобы нам подсунули ещё одного, второго, третьего или пятого Саакашвили, бывшего Президента Грузии. Мы не хотим, чтобы у нас на нашей политической сцене появились Саакашвили во втором, третьем, четвёртом издании. Вам нравятся такие фигуранты, якобы политические деятели?

Нам, России, нужны люди с позитивной повесткой дня, которые знают, а не просто обозначают проблемы, которых у нас достаточно, так же как и у вас, в Австрии, так же, как и в любой другой стране.

Поверьте мне, избиратель в России уже достаточно зрелый, он смотрит не только на привлекательные лозунги, но и на предлагаемые способы решения проблем. А если ничего не предлагается, то тогда эти люди неинтересны. И вопрос в чём? Если человек пользует…

А.Вольф: Но избиратели даже не могли посмотреть на этого кандидата, потому что он не мог выдвинуть кандидатуру.

В.Путин: Избиратели могут посмотреть на любого человека, потому что интернет у нас свободен. Никто его не закрывал. Средства массовой информации свободны. Люди всегда могут выходить и заявлять о себе, что и делают различные фигуранты различных политических движений и направлений. Если человек приобретает какой‑то вес у избирателя, тогда он становится фигурой, с которой должна общаться, договариваться либо вести диалог государственная власть. А если у той и другой политической силы уровень доверия измеряется 1, 2, 3 процентами либо сотыми долями процентов, то о чём мы тогда говорим? Тогда, пожалуйста, вот вам Саакашвили. Зачем нам такие клоуны?

А.Вольф: Тогда у меня последний вопрос, может быть, немножко необычный. Есть очень много Ваших фотографий в полуголом виде, что для главы государства действительно довольно необычно. Эти фотографии делаются не папарацци или туристами, а публикуются самим Кремлём. Что это за фотографии?

В.Путин: Вы сказали «в полуголом». Слава богу, не «в голом». Если я отдыхаю, то не считаю необходимым прятаться за кустами и ничего в этом плохого не вижу.





Независимый информационный портал

Телефоны редакции: 

8-924-851-07-92


Почта: 

vesmatoday@gmail.com

Яндекс.Метрика

     18+

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

© AIGER, 2017 

Система Orphus