"Задача - справедливая зарплата медикам". Большое интервью министра Сергея Чеканова с редактором "Весьма"


Министр здравоохранения Магаданской области Сергей Чеканов

В Магаданской области в сфере здравоохранения идут серьезные процессы. В Минздраве их теперь называют «улучшением системы здравоохранения», в народе ходит пугающее слово «оптимизация». 

То здесь, то там возникает недопонимание: яркая иллюстрация – встреча городских общественников по проблемам медицины, на которое, по словам устроителей, никто из Минздрава не пришел. 

А на днях еще один полускандал – в Минздрав России якобы было направлено письмо от жителей, сотрудников системы здравоохранения и пациентов с изложением ситуации в медицине региона. 

В частности, в письме, которое рассылали в WhatsApp, было сказано о неких планах министра здравоохранения Сергея Чеканова по сокращению полутора тысяч медиков, об увольнениях и моратории на прием новых сотрудников. 

Там же говорилось о выделении 100 млн рублей на лечение колымчан в уральских медцентрах. Короче, ситуация довольно напряженная, и видно, что многие медики региона не совсем понимают, зачем устоявшуюся систему меняют. 

Редактор «Весьма» Андрей Гришин поговорил с министром здравоохранения и демографической политики Магаданской области Сергеем Чекановым о том, к чему все идет, и как на эти процессы смотрит власть.


Сергей Архипович, я постараюсь задавать вопросы, которые, как мне кажется, волнуют многих. Давайте тогда сразу к этому письму. Там сказано о сокращениях, - это правда?

- Я привык отвечать за свои слова, за то, что делаю, за то, что происходит в здравоохранении. Я прошел путь от от медбрата до министра, в медицине уже давно, много лет. И моя задача как министра, руководителя здравоохранения Магаданской области - наладить или улучшить систему здравоохранения. 

Я не хочу сказать, что все было плохо, или все сломано, но проблемы есть.
Важная составляющая здесь - состояние магаданской областной больницы.

И для меня это письмо значимо, так как эта больница - основное и главное медучреждение региона. И то, что в письме пишется - для меня непонятно.

Те задачи, которые поставил президент, глава Минздрава РФ и губернатор Сергей Носов – улучшение системы здравоохранения Колымы, первичной медико-санитарной помощи и справедливое распределение средств при выплате заработной платы. Над этим мы работаем. 

Поэтому, речи о том, чтобы мы закрывали больницы или перепрофилировали, или сокращали количество коек, не идет. 

Проще говоря, это вранье. Мы наоборот ставим задачи перед больницами, чтобы, если есть необходимость, лечили пациентов в стационарных условиях, оказывали высокотехнологичную помощь здесь.

О главврачах областной больницы: 

- Как раз вопрос об областной больнице. Как нам сообщили, уже 3-й главный врач в этом году собирается уходить, ему ищут замену. То есть, в 2019-м будет уже 4-й главный врач областной больницы. Как вы это объясняете? 

- К сожалению, это так. Вопросы были к прежнему руководству по заработной плате и распределению заработной платы. Одни получали по 200-300 тысяч, другие - 20-30 тысяч, - это не выдумка, мы можем показать документы. У нас есть данные, что, например, санитар там получал 178 тысяч, а врач - 68-70 тысяч. Мы начали выяснять, что происходит, так как выступаем именно за справедливое распределение денег, чтобы согласно образованию, категорийности и отработанному времени люди получали достойную зарплату. 

Просто те, у кого зарплаты 20-30 тысяч, хотят ее повышения, а получающие сверхбольшие деньги не спешат расставаться со своими привилегиями. Происходит конфликт интересов разных групп, которые сформировались с годами. Сегодня ситуация назрела.

Что касается ухода Полярной [экс-главный врач больницы Ирина Полярная, ушла в 2019 году. Была на посту главврача 22 года, - ред.], ее никто не увольнял, она ушла по собственному желанию. 

Может быть с чем-то не согласилась, может, поняла, что не сможет работать в новых условиях. 

Тот врач, который приехал из Москвы, позиционировался как достаточно "сильный" врач - это тоже было его решение уйти [речь об Александре Муклецове, специалисте из Москвы, возглавлял больницу 4 месяца, - ред.]. Где-то, видимо, не справился со своей задачей. 

Что касается нынешнего главврача [Игорь Кабалин, написал заявление на увольнение] - мы продуктивно работали, он знает людей, коллектив, тонкости работы: он 17 лет отработал в травматологическом отделении областной больницы, потом возглавлял магаданскую службу крови. И это было его решение - прийти и работать, возглавить больницу. 

Через полтора месяца я предложил ему избавиться от приставки "исполняющий обязанности" и стать главным врачом. Вопрос к нему, почему он отказывается. Не было никаких интриг, никакого давления, это его решение, не наше. Вероятно, он хочет работать в более спокойных условиях. 

Я думаю, просто здесь нужен сильный лидер, который сможет возглавить коллектив больницы, желательно из тех, кто работает в Магадане: знает персонал, знает пациентов, чаяния людей.

Об отправке пациентов в Екатеринбург и 100 миллионах рублей 

- Что касается неких 100 млн рублей, которые направили в Екатеринбург, это неправда. Ни один пациент туда не был отправлен, все это слухи, которые не подкреплены ничем. Это можно проверить через фонд обязательного медицинского страхования.

 Я думаю, здесь проблема в том, что губернатор мониторит зарплаты и видит перекос - когда одни получают 200 тысяч, а то и 400-500 тысяч (в Ягоднинской районной больнице), а другие 30 тысяч. И некоторые товарищи не хотят этого перекоса лишаться. 

У нас есть информация по этой больнице, пара специалистов там уходит в отпуск и получает 1 млн 400 тысяч на двоих. Это хорошие деньги, которые не хотят потерять.

Это, например, заведующие отделов, которые не лечат пациентов, но получают огромные деньги, и им это нравится. А когда мы начинаем спрашивать: "откуда такие необоснованные зарплаты", начинается бурная реакция. 

А наша задача - справедливое распределение заработанных средств. И мы создаем эти условия. Ко мне на прием приходят люди: медсестры, санитары. Они приносят свои "ласточки", квитки о зарплате, мы смотрим, как мало они получают. 

В итоге эту систему мы начали менять не сами, а по обращениям людей, которые справедливо недовольны своей низкой зарплатой. 

Что касается оборудования, то оно в наших больницах есть, только не используется. У нас есть данные, что специализированная и дорогая медицинская техника, например, в магаданской областной больнице используется на 15-30%. 

- Но вот был случай, о котором мы говорили - поломка ангиографа в областной больнице. По данным, которые мы получили, за время, пока он не работал, умерло 3 человека. 

- По этому случаю была проведена проверка, которая показала, что гибель пациентов никак не связана с поломкой ангиографа. К сожалению, нельзя пойти взять и купить сломанную деталь оборудования. В плановом порядке была размещена закупка, она состоялась. 

Поэтому, как говорится, "притягивать за уши" гибель пациентов, будоражить общественное мнение неправильно. В целом, здесь неплохие условия, имею в виду по оборудованию. 

Конечно, речь не обо всех районных больницах, но ситуация лучше, чем во многих регионах страны. Есть высококлассное оборудование, точное и дорогое, поэтому все не так плохо. 

- Давайте еще о зарплатах. Когда мы разбирались в теме заработной платы в медицинской сфере, у нас возник спор с экономистами правительства. Нас убеждали, что в «майских указах» президента, по которым медсестра должна получать 100% от средней зарплаты по региону, а врач – 200%, речь идет не об 1 ставке. 

То есть, человек может рассчитывать на приличные деньги только если перерабатывает: берет дополнительные смены, часть второй ставки и т.д. 

Сейчас есть прецеденты в регионах, где медики, создав независимые профсоюзные ячейки, добили выплаты средней по региону на 1 ставку. И в этом, как мне кажется, камень преткновения. 

Люди не понимают, что имелось в виду в «майских указах», - зарплата в пределах средней по региону на 1 ставку или по совокупности ставок, допсмен и т.д. А главное, в указах это тоже не прописано. 

- Да, вы правы, людям надо объяснять, но главные врачи, руководители кадровых служб почему-то этого не делают. И с этим вопросом люди уже идут к министру. Эта средняя заработная плата, о которой идет речь в «майских указах», на ставку не платится. В центральных регионах есть так называемая «дорожная карта», а в Магаданской области – индикатор. 

Сумма, которую получает медик в конце концов зависит не только от 1 ставки, но и от, например, количества дежурных смен, «ночных», а также от размера выплат по индикативам. 

Те объединения, о которых вы говорите, например, профсоюз «Действие» Андрея Коновалова, как раз и добились повышения выплат по «ночным», дежурным сменам и т.д. Но размер ставки по дорожной карте не изменился. 

Фонд ОМС тратит 90% на заработную плату. А ведь еще нужно обновлять оборудование, покупать расходные материалы, лекарства и т.д. Уже Президент обратил на это внимание, в здравоохранении будут поднимать базовый размер ставки, ее постоянную часть. 

Сейчас базовая часть составляет 30% - остальная, 70% - это премиальные. Вот эту базовую хотят увеличить, чтобы руководитель не имел возможности сильно влиять на зарплату подчиненного. 

Так как есть случаи, когда главврач остался недоволен какими-то словами или поведением подчиненного, и снижал премиальную часть. Мы хотим, чтобы таких случаев было меньше. У нас есть четкое мнение, что не всегда справедливо распределяются премиальные. Например, по той же областной больнице, там такой «перекос». 

Поэтому, когда постоянная часть будет высокой, этих перекосов не станет. И руководитель не сможет платить нелояльному врачу 60 тысяч, а лояльному – 250 тысяч. 

И мы этим занимаемся сейчас. Это не реформирование ради реформирования. Мы хотим защитить тех, чья заработная плата невысока. 

- Мне все-таки не очень понятен механизм. Вот назначен новый главный врач, неважно, областной или районной больницы. Человек приходит, поднимает документы и видит, что кто-то из его заместителей получает баснословные деньги – те 400 – 500 тысяч, о которых вы говорили. 

Следующий его шаг, как мне кажется, вызвать замов с бухгалтером и спросить: «откуда такой разрыв? Почему вы получаете 400 тысяч, а подчиненный вам врач – 60 тысяч». 

И дальше он начинает пересматривать систему выплат и начислений заработных плат в рамках конкретного лечебного учреждения. Почему сейчас этим занимается Минздрав, и этот процесс настолько затянулся? 

- Очевидно, все началось с совещания губернатора с главными врачами колымских больниц, когда Сергей Константинович озвучил цифры. Видимо, почувствовав угрозу – уменьшение заработных плат тех, кто ее непомерно раздул для себя, появилась группа недовольных. 

И отсюда вышло письмо министру здравоохранения России Веронике Скворцовой, в котором все проблемы собрали в такой «комок», гротеск. 

В новом положении об оплате труда четко прописаны все составляющие: базовый оклад, стимулирующие выплаты и компенсационные выплаты (за вредные и опасные условия труда). 

Стимулирующие выплаты должны быть объективизированы, они не могут зависеть лишь от пожелания руководителя. Там балльная система, где идет начисление баллов при отсутствии нарушений. 

- Но в конце концов главный врач подписывает итоговый документ, ведь так? 

- Да, но не всегда главные врачи могут противостоять сформированным группам, которые защищают свои непомерные выплаты. Это – отвечая на ваш вопрос, почему в областной больнице меняется 3-й главный врач. Возможно, человек не понимает, не справляется или не хочет ссориться с кем-то. 

Поэтому я говорю, что здесь нужен сильный руководитель, который сможет объективно, правильно, правдиво наладить работу по справедливому распределению зарплат. Чтобы не было ситуаций, при которой санитар получал бы 178 тысяч, а врач – 60 тысяч. 

Это же касается отделов, которые не имеют отношения к лечению больных. К разговору о переводе бухгалтерий, кадровых служб, - давайте каждый будет заниматься своим делом. Если люди занимаются закупками – пожалуйста, занимайтесь ими в централизованном управлении. 

Эти затраты на себя берет бюджет Магаданской области, чтобы деньги фонда ОМС шли на оплату труда медицинских сотрудников, на закупку материалов и оборудования. А не на содержание АУПов – административно-управленческого аппарата. Туда кто только не входил.

 Поэтому, что касается документов о найме сотрудников – говорят, мы не подписываем придумали «мораторий». Но это не так. 

Мы подписываем, просто идет вал документов по приему новых сотрудников, в том числе и в АУП. Минздрав просит лишь обосновать необходимость найма сотрудника. Мы только спрашиваем: объясните, для чего этот специалист нужен, и насколько он квалифицирован. 

- То есть, сегодня по всем специалистам, которых принимают на работу в больницы и поликлиники, нужно консультироваться с Минздравом? 

- Это связано с тем, что, например, приглашенный специалист получает 200 тысяч подъемных, оплачивается переезд его семьи, он получает жилье, компенсационные выплаты. 

Это очень большие деньги. А если доктор или медработник среднего звена едет в район, он получает 1 млн рублей и другие выплаты. Поэтому требуется обоснование приглашения специалиста. Желающие есть. 

Мы смотрим их резюме, квалификацию, спецификацию. Мы не отказываем и понимаем, какие специалисты нам сегодня нужны. 

- Но к приглашенным специалистам тоже есть претензии. Например, представитель колымского отделения ОНФ Сергей - Зеленков говорил о том, что до 30% приезжих сюда врачей профнепригодны. Что сюда едут много тех, кто не пригодился в других регионах или был уволен, в том числе из-за проблем с алкоголем.

- Во-первых, для того мы и отсматриваем приглашенных специалистов, чтобы таких случаев не было. А во-вторых, как мне кажется, у людей есть предубеждение, мол сюда едут те, кому не нашлось места на «материке». Но хочу сказать, что сегодня едут на самом деле специалисты высокого класса, так как зарплаты здесь действительно несравнимы с уровнем в ЦРС. 

Это и медицинские эксперты, которые были здесь на конференции по демографии. Конечно, есть провалы, но они не появились сейчас. Да не абсолютно все специалисты высокого уровня желают сюда приезжать, другие едут, осматриваются и потом отказываются, это не секрет. 

Сейчас мы работаем над тем, чтобы приглашать дальневосточников, тех, кто себя хорошо зарекомендовал. Поэтому наша задача не ухудшить здравоохранение, не сделать так, чтобы деньги утекали куда-то в ЦРС. Мы работаем над организацией системы выплаты справедливой, по труду, заработной плате. Над обучением специалистов и постдипломном образовании. 

Мы работаем над тем, чтобы в областной больнице была кафедра терапии Дальневосточного университета. Мы не «варяги», которые пришли сюда что-то ломать. Понятно, что работа продвигается небыстро, что она вызывает отторжение у некоторых групп. Но мероприятия, которые мы проводим, должны были начать еще 10 лет назад.

- Не могу вас не спросить о приезжих специалистах. Мы как-то делали материал о вашем заместителе Булате Жапове. Как мы выяснили, у него была судимость. Вы его проверяли? 

- Что касается Булата Балданжаповича: мне его представила мой заместитель Елена Кузьменко, ранее я с ним не был знаком. Он занимал должность главного врача Северо-Эвенской районной больницы. 

Это сложный участок работы, были проблемы, но он их решал. И когда появилась вакантная должность главврача в Ольской районной больнице, я согласился его назначить с учётом мнения его коллег.

Многие вопросы он решил оперативно, четко, грамотно. Это было последнее медучреждение, которому заблокировали счета, до последнего он работал, чтобы счета там не заблокировали, вел стройку в Ольской больнице. 

С Еленой Владимировной, [Кузьменко, — прим. ред.], грамотным специалистом, у меня хорошие рабочие отношения, и я прислушивался к ее мнению. Но после ее желания уйти, нужно было искать замену. Не все идут на эту должность: кого-то не устраивает график работы, - люди хотят вовремя домой уходить, кого-то зарплата, не такая большая. 

И когда я консультировался со специалистами, главными врачами, которых знают на Колыме, Булата Балданжаповича рекомендовали.

О его судимости я узнал от него же, когда предложил ему должность. Он сказал, что есть статья, по которой был судим. 

Когда мы начали выяснять, а вы же понимаете, что это государственная служба, и кандидатов тщательно проверяют различные структуры, то к нему претензий со стороны проверяющих не возникло. 

Если бы нашли хоть малейшую причину в ходе проверки, поверьте, его кандидатуру бы не одобрили. Нужно понимать, что зарплаты на госслужбе не такие высокие, как у главных врачей, — очередь не стоит.

- У меня вопрос об оптимизации лечебных учреждений. Слово довольно страшное и люди воспринимают его скептически. Многих смутила новость об объединении медучерждений региона, когда, например, Ольскую больницу планировали объединить с Тенькинской и т.д. 

Тогда это решение было отложено для доработки по поручению губернатора. Но как я понял, в городе объединение поликлиник идет. Об этом, в частности, говорит мэр Юрий Гришан, попутно возмущаясь что его не ставят в курс дел, и он не понимает, что происходит. Насколько этих изменений стоит опасаться?

Ни в коей мере мы ничего не оптимизируем, наша задача - сохранить потенциал региона, в котором проживает 140 тысяч человек, и плотность населения – 0,32 человека на 1 кв. км. Мы понимаем, в каких суровых условиях мы живем.
 Поэтому, когда я приехал в регион, мы начали с «дальних подступов», комиссии Минздрава ездили по районам.

Да, те больницы строили под количество людей в советское время. Например, в Магадане тогда жило более 150 тысяч человек, а в области – более 500 тысяч. Сегодня мы наблюдаем убыль населения, есть серьезные демографические проблемы. 

Те учреждения, которые были построены, нуждаются либо в реконструкции, либо в пересмотре используемых площадей. Есть больницы на Колыме, где используют 3 тысячи квадратных метров, а сама ее площадь – 20 тысяч. И все нужно отапливать. 

И сегодня в Минздрав мы подаем информацию о необходимости строительства новых медицинских учреждений, в том числе и в городе Сусумане. Нам нужны вертолетные площадки при районных больницах, ведь, как вы понимаете, на колымской трассе все бывает. 

Должны по районам курсировать выездные бригады с узкими специалистами и оказывать помощь людям. Все это уже было на территории Колымы, но нам нужно улучшить эту работу: увеличить количество специалистов, бригад, оснастить лучшим оборудованием. 

Для этого закупается техника с модулями для флюорографии, маммографии, стоматологическим оборудованием Нужно увеличить и количество бригад для оказания экстренной помощи на опасной колымской трассе и в отдаленных поселках. 

Но ни о каком закрытии лечебных учреждений, их переименовании или переформатировании речи не идет. А тем более, и я хочу заострить внимание: ни один медик не будет сокращен. Нам необходим каждый специалист. Наша задача – сохранить здесь людей.

- Я правильно понимаю, что есть федеральные нормы, по которым на 10 тысяч населения положена 1 скорая помощь. И по ним во многих поселках региона должны быть не больницы, а ФАПы (фельшерско-акушерские пункты), так как численность населения не «дотягивает» до необходимой для наличия больницы? Будет ли Магаданская область жить по этим нормам?

- Я говорю это официально, и с моим мнением согласились в Минздраве РФ: колымская земля и колымское здравоохранение – это отдельная тема. И мы по разным причинам не можем жить по тем нормативам, принятым в центральных районах России. Здесь тяжелые погодные условия, есть проблемы с дорогами, а главное – большие расстояния между населенными пунктами. 

Поэтому нас никто не заставит кого-то сократить или превратить районную больницу в ФАП или врачебную амбулаторию. Мы будем сохранять специалистов, привлекать «узких» врачей.

 И специалистов мы будем отсматривать, изучать их медицинский опыт, и приглашать тех, кто нужен пациентам. А главное, медики не должны уезжать из области из-за конфликта с главврачом или низкой зарплаты. Могут быть другие причины, но обеспечить защиту медперсоналу и достойную зарплату – вот наша обязанность. Поэтому никого сокращать не будут. Это жесткая позиция Минздрава и губернатора. 

“Бережливая поликлиника”, в том виде, в котором она существует, не дает нужного эффекта, мы должны сделать так, чтобы жители районов, в первую очередь магаданцы, могли записаться, получить необходимую помощь без очередей. 

Мы с заместителем председателя правительства Татьяной Савченко и депутатом Оксаной Бондарь ходили по поликлиникам, нашли эти недочеты, и делаем все необходимое, чтобы люди приходили и получали помощь. Чтобы оборудование использовалось не на 15-30%, а на все 100%.

- Время от времени появляются новости, что колымчане добиваются получения лекарств через прокуратуру. Зачастую речь идет о необходимых медикаментах первой важности, таких как инсулин. Либо это новости о том, что в районных больницах кормят просроченными продуктами. Насколько велики эти проблемы?

- Поверьте, с каждым случаем недоставленного лекарства мы разбираемся отдельно и жестко. Тем более с инсулином. Но, к сожалению, СМИ редко пишут позитивные новости. 

Например, недавно на Колыме впервые была проведена операция по удалению тромба из сосудов головного мозга. На этом фоне она как-то незаметно прозвучала. В Магадане вообще высокий уровень ангиохирургии. Вот этот опыт бы транслировать для граждан, чтобы они знали, что и такие технологии есть. 

Мы недавно встречались со специалистом по лекарственному обеспечению, на Колыме положение гораздо лучше, чем в центральных районах страны. Население не такое большое, а денег выделяется достаточно, и полностью все нужды обеспечиваются. 

По орфанным заболеваниям (редкие врожденные патологии) - для поддержания жизни таких пациентов требуются миллионы, и эти деньги выделяются. Но вот пишут, что кому-то инсулин не попал, – это все тут же широко транслируется. 

Сейчас идет еще такая тенденция – не только ответственность медиков, но и самих пациентов за свое здоровье: профилактика, здоровый образ жизни. Минздрав требует с нас, чтобы на портал “Госуслуги” мы выкладывали талоны для записи – мы пять выложили, ни один человек не пришел. 

Должно быть движение навстречу – врачей и пациентов, сейчас, увы, его не наблюдается.

- У меня есть и личный опыт: заболел мой друг и попал в больницу. И тут выяснилось, что там нет преднизолона, его мы искали у знакомых по всему городу. Это тоже был частный случай?

- Была история такая, что не было централизованного снабжения преднизолоном. Конечно, надо в каждом случае разбираться отдельно. Касаясь опять же приказа минздрава о согласовании данных – это не запрещает общаться со средствами массовой информации главврачам, это говорит об ответственности за каждое слово. 

Вот видите, может информация была, что нет преднизолона, но есть масса других аналогов. И эта [ложная информация, - ред.] для людей, которые потеряли близкого человека, может являться причиной [по которой они так будут думать, - ред.]. 

Сейчас существует какая-то конфронтация между врачами и пациентами: бывают как врачебные ошибки, так и грубое отношение со стороны и медиков, и пациентов. В соцсетях когда читаешь – страшно за коллег. 

Президент не просто ведь поставил задачи. Ведь есть статистика, и каждый шаг в любом регионе знает федеральное министерство, знает правительство, знает президент. 

Они знают больше, чем знаем мы – у них вся статистика. И если не проводить мероприятий, направленных на то, чтобы здравоохранение шло к людям, в России убыль населения продолжится. Врач – это служение, по сути. Это не просто люди, которые захотели, например, стать юристами или экономистами. Врач должен получать достойную зарплату, жить спокойно, не знать проблем, но не надо его развращать деньгами. 

Вы вот показали один случай смерти, а я их знаю много. Я знаю детскую смертность, знаю от чего дети умирают. Поверьте, в каждом конкретном случае даже в следственные органы передаем материал. Это есть. Мы готовы сотрудничать со всеми и решать вопросы, у нас есть соцсети, мы принимаем вопросы в Instagram. 

Вот меня обвиняют в том числе, что я с мэром Магадана не работаю. Я готов к диалогу, но к диалогу.

- Но он говорит, что уже год ждет вашего звонка…

- Ну, если это улучшит здравоохранение в Магадане, я могу ему позвонить. Мы с ним познакомились, я хотел, чтобы он мне показал город. Что случилось? Не могу знать, честно скажу. Я готов заключать любое соглашение, лишь бы это пошло на пользу жителям Магадана. Каждый может иметь свое мнение, но мы все-таки профессионалы, отработавшие много лет. “Кто на кого учился”. 

Если я считаю, что задачи, которые нам ставят, нужно решать именно так – надо соглашаться. Если я не прав – готов принять критику. Ничего личного нет, мы делаем одно дело, я хотел бы, чтобы он это услышал.

- По поводу приказа о предварительном согласовании выступлений и интервью врачей: так можно ли все-таки узнавать у них информацию?

- Мой приказ выставили не совсем корректно. Это приказ ведомственный – наша работа регламентирована. Первое, это врачебная тайна, второе – персональные данные, третье – ДСП, информация для служебного пользования. В приказе не идет речь о запрете на личное мнение.

- Но есть пункт об интервью для СМИ.

- Согласование. Оно должно быть выверено. Иначе цифрами можно играть как хочешь. И это приказ ведь не родился так – “вот, Чеканов захотел, и Чеканов сделал”. Вот я даю вам сейчас интервью, согласуйте с нами цифры. Потому что “игра” с цифрами будоражит население, и этим грешат некоторые наши главные врачи. Это касается главных врачей, я сразу акцентирую внимание. 

Мы на сегодня – работодатели, и они должны принимать условия и нести административную ответственность, если они нарушают врачебную тайну, закон о персональные данные и выставляют в общий доступ информацию ДСП. Что касается врачей, медсестер, прочего персонала – никаких запретов нет, посмотрите приказ. 

Я бы хотел с вами сотрудничать, “Весьма” – достаточно профессионален. Хорошо ли, плохо ли про меня, нравится мне, не нравится – но я вижу профессионализм. Я могу спорить, не соглашаться, но всегда уважаю чужое мнение. 

Поэтому, никаких запретов нет. Это чисто ведомственный приказ, чтобы ответственность была за слова главврачей.

- Вы сказали, что 10 января 2020 заработает новая система здравоохранения, что это будет? Это конец «оптимизации», или только начало?

- 10 января мы должны подать в Минздрав РФ наши мероприятия, которые необходимо исполнить для того, чтобы улучшить систему здравоохранения Магаданской области, а не оптимизировать. Если их примут и утвердят, они обязательно будут представлены на общественных слушаниях. Мы будем учитывать мнение людей обязательно. 

То, что мы пока, например, не выходим к Юрию Федоровичу – просто говорить еще не о чем, все разрабатывается. И разрабатывает не Чеканов, а главные специалисты министерства здравоохранения Магаданской области. 

Они выезжают на “трассу”, дают свои предложения, мы их оцениваем. Но это пока на уровне обсуждения, формирования позиции. В следующий выезд давайте привлечем СМИ, чтобы достичь максимальной открытости. 

Не все, конечно, согласны с разрабатываемой программой – привыкли некоторые коллеги жить спокойно, ничего не делая, или плыть по течению, получать деньги, не зарабатывая их. На самом деле, все не так мрачно – никто не будет ломать систему, мы будем ее улучшать. 

Но подчеркну, пока программа еще формируется, мы учитываем предложения людей. В разработке программы принимали участие главные врачи медучреждений Колымы: и детской больницы, и областной, и районных учреждений, специалисты из «скорой помощи». 

И когда 10 января мы отдадим ее в Минздрав, ее представят – тогда все смогут ее обсудить.


ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА "ВЕСЬМА" В WHATSAPP, В TELEGRAM И В VIBER (НАЖМИТЕ НА СЛОВО, ЧТОБЫ ДОБАВИТЬСЯ).





Независимый информационный портал

Телефоны редакции: 

8-924-851-07-92


Почта: 

vesmatoday@gmail.com

Яндекс.Метрика

     18+

Нашли ошибку? Выделите её и нажмите Ctrl + Enter

Система Orphus Top.Mail.Ru